PROFI-интервью: о природе, заботе и доверии

Земледелие Станислава Стефановская
А, МОЖЕТ, МЫ ЗАБЫЛИ? Увлеклись и забыли, что все современные технологии, тренды, бренды и тенденции, которые с упоением создают, запускают, внедряют и продвигают стремящиеся к развитию/славе/счастью/гармонии люди, в конце концов, базируются на возможности удовлетворять базовые потребности. Например, в еде. Раньше мы молились богам, сейчас – ничего не изменилось. Кроме богов…
В этот раз мы взяли интервью у представителя общества земледельцев, которые даже в XXI веке, даже несмотря на все современные наработки цивилизации, робототехнику и инженерию, продолжают вести диалог с природой, прислушиваться и присматриваться к ее настроению, учитывать ее особенности и отдавать дань ее могуществу.
А, МОЖЕТ, МЫ ЗАБЫЛИ, что основу любой экономики составляет сельское хозяйство? И что пшеницу нельзя вырастить из пробирки? И что ее все также нужно культивировать, засевать поля, ухаживать за ними, питать их, спасать от непогоды, вовремя убирать, сушить зерно, молоть, сохранять и только потом – готовить ароматный, воздушный, напоминающей вкус солнца, хлеб.
Забытое чувство доверия природе возникает после прочтения этого интервью. Забытое и прекрасное…
Иван Крючков: Первый заместитель директора предприятия ООО «Бурат-Агро» (Агрохолдинг «ИМК»). Два высших образования: Приазовский государственный технический университет, Магистр экономики предприятия и Инженер-механик – Луганский национальный аграрный университет. С 2009 года занимается сельскохозяйственной деятельностью на управленческих позициях.
КП – Корреспондент PROFI Space
ИК – Иван Крючков
КП: Кто или что главный на поле?
ИК: Пожалуй, как бы это странно не звучало, но самая главная на поле – это культура, которую мы выращиваем. Пшеница, кукуруза или подсолнух. А уже после культуры – агроном. Он командует производственным процессом, организовывает работы и говорит, что, когда и кому необходимо делать. Процесс изменений, который каждый день происходит на поле, отслеживается агрономом и уже исходя из этого, он принимает решение, что делать. Культура как бы задает ритм, а мы подстраиваемся под нее.
КП: В чем вы считаете феномен зерна? Почему оно всегда тянется к свету?
ИК: Вопрос философский. Может быть, как и все в этом мире? (смеется) Мы ведь все хотим света и мира. Зерно тоже тянется вверх – к солнцу, как можно выше. Пожалуй, больше всего «крутит головой» подсолнух. Большая часть остальных культур просто растет. А рост зависит от того, как мы будем ухаживать, чем питать, какие минеральные удобрения использовать. Как руки приложим – так культура и вырастет.
Если хотели прославить хорошего человека, то хвалили как доброго земледельца и доброго хозяина … Земледельцы становятся наиважнейшими людьми и самыми деятельными воинами; доход земледельцев самый чистый, Самый надёжный и меньше всего вызывает зависти; люди, занятые этим делом – благородные.
Катон, 1937 (сборник древнеримских документов о сельскохозяйственном производстве Рима от 2 века до н.э. по 2 век н.э.).
КП: Я читала, что раз растения состоят из органических клеток, то можно говорить о наличии у них элементарной психики. Что вы по этому поводу думаете?
ИК: Мне кажется, что у каждого растения есть его специфическая черта, особенность. Но это переживание от культуры сложно описать простыми словам, разве что метафорой. Например, всем интуитивно понятно, что подсолнух похож на солнце, а пшеница – на живое золото. Но лучше всех понимают растения именно агрономы. Именно они умеют «разговаривать» с культурой. Они же и замечают малейшие изменения, предвестники болезней или, наоборот, хорошего роста.
КП: Какие необычные ритуалы из прошлого (архаичные) все ещё делаются на поле в наше время?
ИК: Где бы я ни работал, всегда сталкивался с одной странной закономерностью. Почему-то посевная всегда начинается в выходной день, даже правильнее сказать в воскресенье. Уборка, кстати, тоже. Вроде готовимся в течение недели, вроде планируем начать в будний день, но каждый раз то погода, то еще что-то меняют наши планы. Агрономы смеются по этому поводу. Мол, ну, что, выходные скоро, вот и начнем!
И еще – Обжинки. Когда заканчивается уборка пшеницы, на поле оставляют последний сноп. Его ритуально срезают серпом, связывают и кладут на праздничный стол. К застолью приглашаются все, кто участвовал в уборочной кампании. Это большой пир в самом поле или у ставка.
КП: Какой самый необъяснимый случай был в вашей практике, связанный с природными явлениями?
ИК: У нас самая необъяснимая и непредсказуемая часть работы – это прихоти природы. Когда вдруг чернеет небо и начинается ливень. Или идет снег. Мы ведь делаем планы с учетом прогнозов Гидрометцентра. Но планы наши часто бывают скорректированы именно резкими изменениями погоды. При этом я замечал, что эти неожиданные изменения в наших планах, на самом деле, в более длительной перспективе, оказываются нам на руку.
КП: Что для вас природа?
ИК: Я люблю природу и сельское хозяйство. На природе я отдыхаю, получаю удовольствие и заряд энергии. Мысли легко упорядочиваются и находятся новые решения, если выйти в поле или пройтись по посадке. Для меня природа обладает с одной стороны, своего рода успокаивающим свойством, а с другой – стимулирует развиваться дальше. Когда видишь результаты своей работы, как культура растет на твоих глазах благодаря усилиям твоей команды – хочется вкладываться и пробовать еще и еще.
КП: Можно ли договориться с природой?
ИК: Природу можно попробовать спрогнозировать. И, соответственно, можно скорректировать свою работу, подстроиться под нее. Но договориться – вряд ли (смеется). Для нас природа – это друг. Особенно когда идет дождь. Если не заливает, конечно, то для нас дождь летом это хорошо.
КП: Современные люди не очень верят в приметы. А как вы узнаете, будет лето засушливым или дождливым? Есть ли какие-то методы качественного прогнозирования?
ИК: Дедовскими методами мы не пользуемся (смеется). Суеверия в современном сельском хозяйстве не в чести, слишком велики риски. Даже самые опытные агрономы предпочтут прогноз погоды из Интернет.
КП: Что вы любите в своей работе больше всего?
ИК: Азарт, свободу. Эта работа, где видны твои труды и ошибки, и ты можешь что-то менять, экспериментировать, пробовать что-то новое. Новизна мне очень нравится.
КП: А в чем все-таки азарт?
ИК: Ощущение, что я играю сам с собой (в основном) и немного с природой. У нас есть экспериментальные поля, там мы тренируемся. Но часто то, что получилось на маленьком объеме, совершенно не дает тех результатов на большом поле. И ты снова вместе с командой уходишь в размышления и ищешь новые варианты оптимизации и повышения доходности.

Иван Крючков
КП: Без чего профессиональный агроном не агроном?
ИК: Без любви к своему делу, без интуиции (да-да, она очень нужна!), теоретических знаний (о болезнях в первую очередь) и опыта (не менее 3-х лет). И без постоянного внимания к растениям. Агроном все время в поле. Каждый день. Только непрестанно наблюдая за происходящим с культурой в поле, агроном может делать выводы и планировать работу. Также хороший агроном умеет неспешно подумать и сделать взвешенные выводы. Он понимает и цену своей ошибки, и цену бестолковых действий других служб.
КП: На чтоб вы могли заменить свою работу?
ИК: Сельское хозяйство я не променял бы ни на что!
Спасибо большое за интересные ответы и погружение в мир сельского хозяйства!
С уважением, Станислава Стефановская

Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *